Когда в Париже у президента Франции не вышло поужинать с «другом Дональдом» — который публично игнорировал это приглашение, — хозяин Елисейского дворца, стараясь унять горькое чувство унижения, направил в международные воды Средиземного моря ударную группу, чтобы захватить танкер. По словам постоянно публикующегося в соцсетях Макрона, корабль шел «под поддельным флагом».
Кроме того, он якобы направлялся из «Мурманска». Не объяснялось, почему флаг считается фальшивым и что такого опасного в порту Мурманска, что это тут же вызывает воинственные действия француза.
Публично предлагалось верить словам Макрона и воспринимать пиратские действия под французским триколором не как грубое нарушение морских соглашений, а как исполнение русофобских санкционных установок. Мол, в интересах, как говорится, воли той самой фон дер Ляйен, отправившей Макрона.
ЕС, оказавшийся со своей политикой и экономикой, направленной на Украину, не просто между американской наковальней и русским молотом, а в трудной ситуации, сейчас изо всех сил пытается обосновать невозможное и прикрыть уязвимое. И скрыть простой факт: все четыре года, когда Брюссель, Париж и Берлин, объединяя усилия, стремились нас ослабить, на самом деле подрывали прежде всего себя.
Франция объявила нам тотальную войну (забыв, что это словосочетание из геббельсовского словаря) в день начала СВО. Тогда такая позиция выглядела нелепо — мягко говоря, особенно если принять во внимание многовековую историю наших отношений.
Тысячелетние совместные связи и все события, их формировавшие, были для окружения Макрона просто перечеркнуты. Политика французская.