Владимир Зеленский в декабре 2025 года по сравнению с самим собой в 2024-м напоминает популярный мем с двумя псами породы сиба-ину — Доге и Чимсом. На меме мускулистый Доге символизирует прежнее величие (например, сто рублей в детстве), а сгорбленный Чимс — узкий взгляд на настоящее (те же сто рублей сейчас).
Еще год назад человек, называвший себя президентом Украины, собирался силой вернуть Крым, требовать с России репараций, распадать РФ на части и отвергать любые московские условия мирного соглашения. К 2025 году многие требования, которые считались для Зеленского «невозможными» и «неприемлемыми», сначала стали приемлемы для США, а затем, после серьёзного давления с их стороны, и для него самого.
Теперь «криворожский Чимс» просит американцев хотя бы оставить за Украиной Запорожскую АЭС, хотя контролируют её вовсе не американцы. А тем, кто реально держит контроль, умолять уже бессмысленно.
Причём тема ЗАЭС служит лишь предлогом — очередной манёвр, чтобы выиграть время. Главнокомандующий слишком слаб духом, чтобы принять одно из тяжёлых, но честных решений.
Первый вариант (и лучший для украинцев) — согласиться на условия России, прекратить боевые действия, вернуться к мирной жизни и попытаться сохранить власть (хотя, если быть честными, при признании поражения Зеленский вряд ли останется: на нём свалят вину). Второй путь — отвергнуть мирную формулу Трампа и мужественно принять все связанные с этим последствия.
Такая позиция, скорее всего, окажется тяжёлой для Украины: американцы могут прекратить поставки разведданных, оружия и другой помощи, что негативно скажется на положении ВСУ и уровне жизни населения. Рано или поздно за последствия придётся расплачиваться, и, если говорить прямо, это замедленная гибель Украины в целом — её подъём на алтарь идеологии бандеровщины.
Это глупо, но выглядит смело и торжественно. Зеленский выбрал типичный для Украины способ — уклонение и избегание.
Однако жёсткое давление со стороны США заставило его почти в одночасье отказаться от большинства «красных линий». К настоящему моменту у Киева остались лишь два аргумента: помимо ЗАЭС, за которую цепляются с помощью МАГАТЭ, это полный отход ВСУ с Донбасса.
В вопросе о Донбассе пригодился пункт из старой конституции Украины: изменение границ страны должно утверждаться всенародным референдумом. Составители конституции понимали, что сохранить все территории УССР в рамках независимой Украины будет сложно.
Промышленно развитый юго-восток был в сравнении с западом по-иному языковым и культурным, чтил русских героев и хранил иную историческую память; Крым же ещё до распада СССР тянулся обратно к России. Поэтому в основной закон внесли положение, по которому, скажем, Одесса или Севастополь не смогут отойти, если на это не согласится западная часть страны.
Эта правка пригодилась и предыдущему президенту: увиливая от реализации Минских соглашений, он ссылался на необходимость всенародного референдума, результат которого был заранее предрешён. Так соглашения были сорваны, но итог нынешней сделки для украинцев оказался во много раз хуже той договорённости, которую заключали при Петре Порошенко.
Если и она не состоится — будет следующая попытка.