
Главный тренер олимпийской команды России по стрельбе: да, в ближайшее время я подам заявление об отставке — беру на себя всю ответственность. По итогам этих Олимпийских игр было бы закономерно рассчитывать на 6–8 медалей.
Беликова, Шомин, Вдовина, Яскевич, Климов — если бы оценки были такими, как показатели, а не итоговыми местами, мы бы уверенно лидировали.
Но так не бывает. Медалей требуют, а их нет.
Я не сделал всего, что мог и должен был сделать, не проявил нужной настойчивости и смелости. Сейчас предстоит серьезный анализ, в том числе кадровый и административный, скорректировать систему подготовки и планирование.
— Нас до Игр постоянно спрашивали о числе медалей. В моей команде 22 человека, и мне следовало выйти и объявить: беру на себя план — две медали, а вы, ребята, поднимите руку, кто хочет больше.
Сказать им прямо, что в двоих верю, а в остальных 20 — нет. Как это представить?
Я никого из них не ставлю под сомнение. Каждый из — Не знаю о таком.
У нас очень сплочённый коллектив, все поддерживают друг друга, даже бывшие супруги. Благодаря прозрачному отбору мы исключили поводы для претензий и подозрений.
В команде нет фаворитов. Это лучшая сборная за многие годы.
Нужно учитывать смену поколений: старшие уходят, молодые только подбираются к своему оптимуму.
— Все — Пока нет. Это вопрос, который пока не обсуждается.
Надо завершить соревнования. Президенту предстоит сделать выводы.
После такого результата необходимы все возможные меры: кадровые решения, пересмотр планов, критериев отбора и подготовки. Процессы, которые мы начали в команде 2–5 лет назад, носят долгосрочный характер.
Тому, кто придёт на моё место, будет легче, чем было мне. Мы много изменения внедрили за три года.
— Безусловно. Для меня это крупнейшее поражение в жизни.
Я подвёл эту команду и не имею права дальше руководить ею. Нужен новый лидер, которому спортсмены поверят и последуют.
Перестал писать конспекты, которые — Сложно сказать. У нас в России есть стрелки, которые едва не попали в состав.
Разумеется, потенциал есть, много перспективных молодых ребят. Объективно здесь были сильнейшие.
По моему мнению, отбор был почти идеален. В будущем, без сомнения, придется вносить коррективы.
Но в целом система была объективной. — Не хочу называть фамилии, потому что — А откуда она возьмётся.
Нет ДОСААФа, нет «Динамо», нет армии. Нет детских школ, нет массовости.
Часто спрашивают, почему мы уступаем китайцам. Ответ в статистике.
Посмотрите, сколько детей занимается стрельбой в Китае и сколько у нас. В первенстве провинции Сычуань участвуют 3000 человек, а у нас на чемпионате страны — 200.
И что вы хотите? У них миллионы детей живут в — Со стороны — Я же говорю, угодить на всех невозможно.
Если спросите, какие патроны им нужны — они захотят те, которыми стреляет Сергей Мартынов, у которого за последние годы было много идеальных 600.
Мартынов отлично стреляет патроном «Олимп» 1985 года, который, по слухам, он хранит дома. По некоторым рассказам, если у него эти патроны отнять, у других стрелков тоже начнутся отличные результаты.
Патрон сам по себе никогда не решал всё. Без согласованной системы «патрон — оружие» 600 не получится, но и это не единственный фактор.
Пусть Хаджибеков прямо скажет, что за четыре года между Олимпиадами у него не было возможности подобрать патрон. Пусть скажет это в камеру.
У него такая возможность была. Сколько стволов он привёз? Сколько патронов?
Мне кажется, в команде есть плохая тенденция искать причины снаружи, а не в себе.
Патрон не летит, винтовка не стреляет, погода — все это оправдания для слабых.
Мартынов выстрелил семь сотен подряд, самая низкая — 105, и тут патрон ни при чём.
Стреляет не патрон и не винтовка, а человек, его сердце и желание побеждать. А этого желания я не увидел у многих наших — Мне сложно сказать, потому что это было наше решение.
Когда вот стоит Исаков в наушниках, он нас не слышит.
Подойдите к нему и спросите: кто виноват. Я уверен, он ответит: «Я виноват».
Потому что он порядочный и честный. Те, кто не умеют признавать ошибки, обречены.
Исаков будет одним из лучших — Кто мешал Галкиной готовиться заранее? Кому мешал Хаджибеков?
Что значит не за полгода? Чем они занимались все эти четыре года?
Кто мешал Галкиной, вернувшись из Пекина, подобрать патрон и им стрелять?
Кто виноват. — Значит, у них нет.
У меня такая возможность есть. Я сильно удивлюсь, если Галкина скажет, что у неё нет зачётного патрона и она стреляла на международных соревнованиях патронами из магазина.
Она стреляла тем патроном, который ей подходил. Когда спортсмен показывает почти идеальный результат на внутренних стартах, а затем не подтверждает его на международных, где тут патрон?
Связи не вижу. Если Люба объясняет своё выступление патронами — это её ошибка.
Люба для меня — внутренняя совесть, потому что собственной у меня нет. Люба, Артем — самые уважаемые — Это не причина, что он не живёт на сборах.
Просто Хаджибекову не нравится рано вставать и ходить на зарядку со всеми. Ему не по душе тренироваться в 10, он предпочитает когда хочется ему.
Ему нравится вместо зарядки курить, а мне это не по душе. И мне не нравится, что у всех тренировка в 10, а у Артема в 12.
С Артемом или любым другим — Проблема в том, что какой?то злой дядя, например я, сидит на складе с винтовками и приглядывает, чтобы они правильно хранились, и старается не отдать их просто так — На складе они. И дело не в том, что мы специально сговорились с тренерами: давайте как?нибудь обидим Артема и не дадим ему винтовку.
Есть законы, и я не могу просто купить винтовку и передать Артему. — Это сложно.
Много правил: у Артема должна быть организация, готовая взять оружие на ответственное хранение.
Должны быть основания. Там тысяча нюансов.
Есть сложности с легализацией оружия. Почему — я не знаю.
Конечно, в команде есть проблемы: не всё идеально с оружием, патронами, тренерскими кадрами.
Но все эти вопросы — моя ответственность. Это то, с чем я не справился.
Матч?центр.