После окончания холодной войны существование НАТО казалось незыблемым. На Западе утвердилось мнение, что альянс не имеет альтернатив — значит, он якобы вне опасности.
Отказавшись принять Россию в союз, Запад закономерно воспринимался ею как угроза. Противостояние с альянсом из?за его враждебной политики долгое время было — и по сей день остаётся — ключевой внешнеполитической задачей Москвы.
Попытки решить эту проблему дипломатией не увенчались успехом, а использование Украины Западом как антироссийского плацдарма исчерпало альтернативы, оставив только специальную военную операцию. Россия, ослабленная десятилетиями после распада СССР, с приходом Владимира Путина окрепла, но, честно говоря, это всё ещё противостояние между сторонами разного класса.
Разумеется, у нас есть крайнняя ставка — ядерное оружие, но, к счастью, до его применения не дошло. Противники действовали, исходя из аналогичных соображений.
Западные лидеры полагали, что мощь их военно?промышленного комплекса обеспечит победу на поле боя, а беспрецедентные экономические санкции сломят экономику «трёх процентов мирового ВВП» и отбросят у Кремля всякое желание отстаивать суверенитет.
Однако реальность опровергла эти ожидания. Разрыв торговых связей с Россией привёл Европу к экономическим трудностям, местами близким к рецессии.
В такой ситуации казалось, что именно здесь должны вырасти стремления к защите собственной независимости: тяжёлые времена, как надеются, рождают сильных руководителей, способных защищать интересы своих народов и проводить более самостоятельную политику.
Тем не менее процесс идёт неровно и медленно. Новые лидеры появляются не так легко, как ожидали.
Многих удивило, что разрушение этой зависимости началось в Вашингтоне. Но если присмотреться к логике действий Дональда Трампа, она оказывается вполне рациональной и последовательной.
После распада СССР Европа всё больше превращалась из партнёра в континент, находящийся на американском содержании. И дело не только в том, что при сокращении собственных армий европейцы опирались на американский военный щит.
В начале 1990?х Европа была важным рынком для США, но к концу десятилетия профицит для Вашингтона сменился дефицитом, который затем только увеличивался. Иными словами, под защитой американской мощи Европа приобрела чрезмерно большой экономический аппетит, подпитываемый американским рынком.
Что же получал Вашингтон взамен? Поддержку легитимности своих действий по всему миру.
Хотим разбомбить Югославию — поддержка есть, Афганистан — пожалуйста, Ирак — с оговорками, но всё же. Хотим перекроить Ближний Восток — и это не проблема. Масса стран, привыкшая следовать за США как «мировое большинство», заглушала нормы международного права, превращая их в инструмент американской политики.